SUMMARY: The article revisits the challenge of decentering the Eurocentric epistemic map of cultural theory. It argues that merely adding neglected figures to the existing canon is insufficient; rather, the very spatial logic used to conceptualize theory, authority, and cultural knowledge must be revised. This thesis is illustrated by the case of Nikolai Marr, whose work reflected a double positionality: rooted both in the Caucasus as an imperial periphery and the Russian imperial and Soviet institutions of scholarly authority. His Japhetic hypothesis began by challenging the Indo-European framework's marginalization of Caucasian materials, eventually evolving into the totalizing New Theory of Language. Rather than reducing this trajectory to biographical, nationalist, or ideological motives, the article situates Marr within the broader field of early twentieth-century epistemic reconfiguration. This shift was shaped by work at the boundaries of disciplines, cultures, and scholarly traditions, in both Western Europe and Europe's East. Marr's case reveals both the productive potential and the risks of such epistemic remapping: inclusion without transformation, compensatory counter-totalization, and withdrawal into particularism. The article concludes that to decenter theory, one must allow peripheral or hitherto excluded sites to do more than merely join the field; they must completely transform how the field itself is understood. Резюме: Статья обращается к проблеме децентрирования европоцентричной эпистемологической карты теории культуры. Автор исходит из того, что простого включения в существующий канон прежде игнорировавшихся фигур недостаточно: пересмотру должна подвергнуться сама пространственная логика концептуализации теории, авторитета и культурного знания. Данный тезис иллюстрируется на примере Николая Марра, чья работа отражала двойную позициональность, укорененную одновременно на Кавказе как имперской периферии и в российских имперских и советских институтах академической власти. Его яфетическая теория возникла как критика маргинализации кавказского материала в индоевропеистике, но впоследствии превратилась в тотализирующее "новое учение о языке". Вместо того чтобы объяснять эту траекторию биографическими, националистическими или идеологическими мотивами, статья помещает Марра в более широкое поле эпистемологических переломов рубежа XX века, характеризующихся работой на границах дисциплин, культур и научных традиций как в Западной Европе, так и на востоке Европы. Случай Марра позволяет выявить как продуктивный потенциал, так и риски перекройки эпистемологической карты: расширение без трансформации, компенсаторную контртотализацию и уход в партикуляризм. В статье делается вывод о том, что децентрирование теории означает не просто включение ранее исключенных или маргинализированных позиций, но и возможность в результате полностью трансформировать саму структуру эпистемического поля.
Заал Андроникашвили (Thu,) studied this question.