Answers are grounded in this paper and cite their sources.
Актуальность исследования обусловлена необходимостью обеспечения устойчивого экономического роста Республики Узбекистан за счёт активизации частного сектора, улучшения инвестиционного климата и формирования сбалансированной фискальной среды в условиях структурных реформ 2017–2026 годов. Цель работы — комплексно оценить экономическое воздействие налоговой политики, преобразований налогового законодательства, преференциальных режимов и цифровизации администрирования на деятельность малого, среднего и крупного бизнеса в Узбекистане. Методы исследования включают сравнительно-правовой анализ нормативных актов (Налогового кодекса РУз, указов Президента), статистический анализ макроэкономических и фискальных показателей за 2017–2026 гг., институциональный подход и критический синтез рекомендаций международных финансовых институтов (МВФ, Всемирного банка, ОЭСР). Основные результаты: установлено, что поэтапное снижение базовых ставок (НДС с 20 % до 12 %, НДФЛ до плоской шкалы 12 %), внедрение цифровых инструментов (ЭСФ, онлайн-ККМ) и повышение в 2026 году порога перехода на общеустановленный режим до 12 000 БРВ способствовали легализации бизнеса, росту числа малых предприятий до более чем 1,23 млн субъектов и увеличению налоговых поступлений бюджета до 247,8 трлн сумов в 2025 году. Вместе с тем выявлены структурные риски: фрагментация конкурентной среды из-за избыточных отраслевых льгот, «эффект порога» при масштабировании бизнеса, издержки налогового комплаенса и необходимость балансирования между фискальной консолидацией и стимулированием частных инвестиций.
No takes yet. Share an insight, caveat, or question.
Абдулборий Носирович Анваров (2026) studied this question.
Synapse has enriched 8 closely related papers on similar clinical questions. Consider them for comparative context: